Позже они встретились за чашкой кофе в небольшой кофейне неподалёку от рынка.
Потом появились прогулки по вторникам, когда Сашка занимался шахматами.
Шуршащая под ногами октябрьская листва.
Андреева куртка, неизменно пахнущая деревом.
Его спокойный голос:
— Замёрзла? Давай руку.
Он никогда не торопил события.
Ни на чём не настаивал.
И не задавал вопросов о Виталии.
Если Мария сама начинала рассказывать о покойном муже, Андрей внимательно слушал.
А если молчала — просто находился рядом.
И вдруг она поняла, насколько сильно соскучилась по самому обыкновенному ощущению, что рядом есть близкий человек.
Однако дома Мария по-прежнему клала телефон экраном вниз.
Однажды вечером Сашка застал её на кухне за чтением сообщения от Андрея.
Она улыбалась и даже тихонько смеялась.
Сын подошёл и заглянул через плечо.
— Кто тебе пишет?
— Да так… Один человек с работы.
Мальчик промолчал.
Но посмотрел на мать таким серьёзным, почти взрослым взглядом, каким смотрят люди, прекрасно понимающие, что им только что солгали.
Той ночью Мария долго ворочалась без сна.
Потому что этот взгляд до боли напомнил ей Виталия.
Первым заговорил Андрей.
Они стояли возле её подъезда, и мелкий осенний дождь едва заметно моросил на асфальт.
— Марийка, я ведь действительно никуда не спешу. Но бесконечно представлять меня каким-то знакомым «с работы» у тебя не получится. Сашка же умный мальчик. Он всё понимает.
— Я знаю, — тихо призналась она. — Просто… Понимаешь, он меня от всех оберегает. А я боюсь, что он решит, будто я папу… будто я забыла Виталия.
Андрей некоторое время молчал.
— А ты его забыла?
— Нет.
— Значит, однажды и сын это поймёт. Возможно, не сразу.
Сашке Мария рассказала обо всём в четверг за ужином.
Она долго мысленно подбирала подходящие слова, но, когда пришло время говорить, получилось совсем не так красиво, как хотелось.
— Саш, в субботу к нам придёт один человек. Его зовут Андрей. Это мой друг.
Мальчик медленно положил вилку.
— Зачем он придёт?
— Ну… Просто вместе поужинаем. Вы познакомитесь. Он хороший человек, правда.
— У тебя же есть я, — негромко произнёс Сашка.
Поднялся из-за стола, задвинул стул и ушёл к себе.
Дверь его комнаты громко захлопнулась.
В субботу Мария с самого утра готовилась к приходу гостя.
Натёрла картофель для драников.
Дважды вымыла пол в прихожей.
Три раза переставила солонку на обеденном столе, хотя совершенно не имело значения, где она стоит.
Андрей пришёл ровно в шесть.
Без букета.
Без огромной коробки с игрушечным конструктором.
Даже без торта.
В руках у него был пакет яблок.
— Сестра с дачи передала, — объяснил он.
А через плечо висела старая кожаная сумка с потёртыми уголками.
— Ты прямо с работы? — удивилась Мария.
— Привычка, — улыбнулся Андрей. — Я без этой сумки уже как без рук.
В коридор вышел Сашка.
Остановился перед гостем и серьёзно посмотрел на него снизу вверх.
— Добрый вечер.
— Добрый вечер. Меня зовут Андрей.
— Я знаю.
И мальчик развернулся и отправился обратно в комнату.
Но на этот раз не захлопнул дверь.
Оставил небольшую щель.
Через неё было видно, как он уселся на ковёр возле кровати, повернувшись спиной к выходу, и взял в руки любимый зелёный самолётик.
За ужином разговор никак не складывался.
Сашка к столу не вышел.
Из комнаты только донеслось короткое:
— Я не голодный.
Мария отчаянно пыталась поддерживать беседу за троих.
Рассказывала о погоде, о подорожавших продуктах на рынке, о том, что в их доме наконец собрались ремонтировать крышу.
Андрей отвечал спокойно, но немногословно.
Драники постепенно остывали.
Когда Мария почувствовала, что ещё немного — и она расплачется прямо над тарелкой, то резко поднялась.
— Ой, совсем забыла! Сметану ведь не принесла. Сейчас достану!
На кухне она надолго остановилась возле окна.
Смотрела на мокрый двор, на пожелтевшие листья, прилипшие к деревянной скамейке.
Мысленно считала до двадцати, как когда-то советовали на каких-то психологических курсах.
Но легче не становилось.
Тогда Мария поставила чайник, чтобы хотя бы занять чем-нибудь руки, и открыла холодильник.
Достала баночку сметаны.
На дверце висел маленький магнит в виде моряка, который Виталий много лет назад привёз из командировки.
Магнит немного съехал набок.
Она осторожно поправила его.
А в коридоре тем временем происходило нечто неожиданное.
Андрей опустился прямо на пол возле двери Сашкиной комнаты.
Прислонился спиной к стене и вытянул ноги.
Потом открыл свою старую кожаную сумку.
На линолеуме появились листы наждачной бумаги разной зернистости, небольшая струбцина, баночка столярного клея, тонкий брусок светлой древесины и нож с потёртой деревянной рукояткой.
В комнату мальчика Андрей даже не попытался заглянуть.
Спустя минуту из-за приоткрытой двери раздался настороженный голос:
— А вы чего здесь сидите?