— Ну что, хозяин, обиделся?
— Нет.
— А почему тогда тут сидишь?
— Думаю.
— О чём?
— Что больше не буду трогать соль.
Галина рассмеялась. Он тоже. В тот вечер они долго пили чай, держась за руки.
Как-то Николай сказал:
— Раньше я думал, что счастье — это когда ничего плохого не происходит.
— А теперь?
— Теперь понимаю: счастье — это когда есть с кем всё пережить. Даже пересоленный борщ.
—
Весной Николай вышел во двор с ломом и лопатой. Галина развешивала бельё.
— Что ты задумал?
— Буду разбирать забор.
— Какой забор?
— Этот, между нашими дворами.
Она поставила корзину с бельём.
— Зачем?
— А зачем он нам теперь? Два дома, два двора, а мы всю жизнь смотрели друг на друга через доски.
Галина подошла ближе. Старый деревянный забор стоял между их участками ещё с молодости. Некоторые доски давно прогнили, другие покосились. Когда-то он был просто границей между соседями. Теперь напоминал обо всём, что они потеряли.
— А соседи что скажут? — улыбнулась Галина.
Николай пожал плечами.
— Скажут, что мы оба совсем выжили из ума.
— Может, и скажут.
— Пусть. Мы уже достаточно лет прожили, оглядываясь на чужое мнение.
Три дня они разбирали забор. Николай вытаскивал старые доски, а Галина складывала их возле сарая. Когда упала последняя секция, между дворами открылось широкое пространство.
Галина посмотрела на сад Николая. Теперь он казался продолжением её собственного.
— Красиво, — сказала она.
— Чего-то всё равно не хватает, — ответил он.
На следующий день Николай принёс из питомника две молодые яблони.
— Эту посадим с твоей стороны, а вторую — с моей.
— А почему две?
— Одну я посадил бы для тебя тридцать семь лет назад. А другую — для нас нынешних.
Галина помолчала, а потом взяла лопату.
— Ну, копай, муж мой. А то пока ты рассуждаешь, мы ничего не посадим.
Они смеялись, высаживая деревца. После дождя земля была влажной, сквозь облака пробивалось солнце, а где-то за селом куковала кукушка. Когда работа была закончена, Николай стряхнул землю с рук и вдруг опустился перед Галиной на одно колено.
— Что ты делаешь?! — испугалась она. — Вставай, у тебя же колени болят!
Он улыбнулся.
— Погоди. Я шёл к этому тридцать семь лет.
Николай достал из кармана небольшую бархатную коробочку. Внутри лежало простое золотое кольцо, потемневшее от времени.
— Я купил его тогда, перед тем вечером, — тихо сказал он. — Три месяца копил. Хотел попросить тебя стать моей женой под той яблоней у реки.
Галина прикрыла рот ладонью.
— Николай…
— Я сохранил кольцо. Сам не знаю почему. Наверное, где-то в глубине души надеялся, что когда-нибудь ты всё-таки его наденешь.
Он взял её за руку.
— Галю, я уже старый. Не стану обещать тебе ни богатства, ни долгой жизни. У меня болит спина, иногда шалит сердце. Могу забыть, куда положил очки, да и, скорее всего, ещё не раз пересолю твой борщ.
Она рассмеялась сквозь слёзы.
— Зато я обещаю каждое утро ставить тебе чайник. Слушать, когда тебе захочется поговорить. Молчать рядом, когда слов не найдётся. И любить тебя столько, сколько мне ещё отпущено.
Галина плакала. Николай тоже.
— Ну что, Галю? Согласна стать моей женой?
Она протянула ему руку.
— Согласна, глупенький. Только вставай уже — мне тебя с колен не поднять!
—
Свадьбу они сыграли в июне, небольшую, прямо во дворе. Приехали дети, внуки и несколько близких друзей. Соседки принесли пироги, салаты и домашние соленья. На Галине было светлое платье в мелкий голубой цветочек. Волосы она аккуратно собрала и украсила маленьким белым цветком.
Николай надел новый костюм. Когда они вышли к гостям, кто-то пошутил:
— Ну что, молодожёны, в свадебное путешествие поедете?
Николай серьёзно кивнул.
— Конечно. К реке. Там у нас всё и началось.
Вечером, когда гости разошлись, они сидели на скамейке между двумя молодыми яблонями. Галина положила голову Николаю на плечо.
— Знаешь, о чём я думаю?
— О чём?
— Если бы ты тогда не поверил Петру, наша жизнь могла бы сложиться совсем иначе.
— Могла бы.
— Может, у нас были бы общие дети. Может, внуков было бы больше. Может, мы все эти годы старели бы рядом…
Николай нежно погладил её руку.
— Может, Галю. Только прошлое уже не переделаешь.
Она вздохнула.
— Иногда мне так жаль потерянных лет.
— Мне тоже. Но знаешь, чего я больше всего не хочу?
— Чего?
— Чтобы мы оставшуюся жизнь провели, жалея о том, чего не случилось.
Галина подняла голову. Николай улыбнулся.
— Давай лучше радоваться, что мы всё-таки нашли друг друга.
Она прижалась к нему крепче.
—
Прошло два года. В одно сентябрьское утро Галина вышла в сад с небольшой корзинкой. Две яблони подросли. На одной висело пять яблок, на другой — три. Николай стоял рядом и с гордостью разглядывал урожай.
— Видишь, Галю? Я же говорил, что будут плодоносить!
— Восемь яблок на два дерева! Вот это урожай!
— Не смейся. Первый урожай всегда особенный.