— Вот именно. Вдвоём.
Елена снова ничего не сказала.
— Поставят его в гостиной, — продолжил Максим. — На кухне места всё равно нет.
— В гостиной?
— Ну да.
— А почему нельзя пользоваться одним?
Максим немного замялся.
— Мама сказала, что так удобнее.
— Чем именно?
— Она привыкла покупать свои продукты. Чтобы потом не выяснять, кто чью колбасу съел, чьё масло взял…
Елена даже рассмеялась.
— Серьёзно?
— А что смешного?
— Ничего. Просто всё очень предусмотрительно.
Максим не заметил сарказма.
— Вот видишь. Мама тоже хочет, чтобы всем было удобно.
Потом он достал телефон.
— Они завтра примерно к семи приедут. Я встречу их на вокзале. Ты что-нибудь приготовишь?
— Что именно?
— Да что-нибудь нормальное. Мама любит запечённую курицу. Можно картошку, салат. Сергей тоже с дороги будет голодный.
Елена смотрела на мужа и будто впервые видела человека, с которым прожила столько лет.
— Максим, а ты сам ничего приготовить не хочешь?
— Я же буду на работе.
— Я тоже.
— Но ты раньше заканчиваешь.
— На сорок минут.
— Ну вот. Всё успеешь.
Елена почувствовала, как внутри что-то окончательно встало на место. Спорить больше не хотелось.
— Хорошо.
Максим довольно кивнул.
— И надо освободить шкаф в гостиной. Мамины вещи туда поставим. А часть наших перенесём в спальню.
— Хорошо.
— И постельное свежее приготовь.
— Хорошо.
— Ты не злишься?
Елена посмотрела ему прямо в глаза.
— Уже нет.
На следующее утро Максим торопливо выпил кофе, поцеловал жену в щёку и убежал на работу.
— Только не забудь про холодильник! — крикнул он уже из прихожей.
— Не забуду.
Около обеда приехали грузчики.
— Куда ставить? — спросил молодой парень.
Елена открыла дверь гостиной.
— Сюда, пожалуйста.
— Старый не забираем?
— Нет.
Новый холодильник поставили возле стены. Огромный, серебристый, совершенно чужой. Елена ещё минуту стояла перед ним, а потом взяла телефон.
Сначала позвонила отцу.
— Пап, можно я сегодня к вам приеду?
На другом конце повисла пауза.
— Доченька, что случилось?
Елена села на диван. И только тогда заметила, что руки у неё дрожат.
— Ничего страшного. Просто… можно я поживу у вас несколько дней?
Отец не стал задавать лишних вопросов.
— Конечно. Приезжай хоть сейчас.
Потом Елена позвонила знакомой юристке. А после обеда начала собирать вещи.
Не все. Только свои.
Компьютер, который купила ещё до брака. Кофеварку — подарок родителей. Маленький телевизор из спальни. Бабушкину посуду. Книги. Швейную машинку.
В квартире остались купленные вместе шторы, торшер и ковёр. Елена не хотела мстить.
Просто внезапно поняла совершенно ясно: если сегодня она молча согласится, то завтра в этом доме уже будут спрашивать Ларису Григорьевну, что готовить на ужин. Послезавтра Сергей решит, что ему нужна спальня. А Максим и дальше будет объяснять жене, что она «всё усложняет».
Около шести Елена застегнула последнюю сумку. На кухонном столе оставила конверт.
Максим позвонил около половины седьмого. Голос у него был весёлый.
— Мы уже едем. Мама переживает, спрашивает, не обиделась ли ты.
— Пусть не переживает.
— Всё готово?
— Да.
— Холодильник привезли?
— Привезли.
— Еда есть?
Елена посмотрела на пустую кухонную столешницу.
— Максим, вы взрослые люди. Думаю, с ужином как-нибудь разберётесь.
Он рассмеялся.
— Ой, какая ты сегодня загадочная.
— Есть немного.
Через двадцать минут Елена уже сидела в машине отца. Тот не стал сразу заводить двигатель. Посмотрел на дочь.
— Поругались?
Она покачала головой.
— Хуже.
— А что может быть хуже?
Елена прижала сумку к коленям.
— Когда с тобой даже не ругаются, пап. Потому что твоего мнения просто не спрашивают.
Отец ничего не сказал. Только накрыл её ладонь своей.
И Елена впервые за весь день заплакала. Тихо, без истерики. Слёзы просто сами текли по лицу.
А в это время Максим поднимался по лестнице вместе с матерью и братом. Лариса Григорьевна несла пакет с домашними пирожками.
— Максимушка, может, Елена всё-таки не рада? — тихо спросила она.
— Мам, да перестань. Она просто характер показывает. Увидишь, всё будет нормально.
Сергей тащил тяжёлый чемодан.
— Главное, чтобы поесть было. Я с утра только бутерброд ел.
Максим открыл дверь.
В квартире стояла странная тишина.
— Лена! Мы дома!
Никто не ответил.
Лариса Григорьевна первой заглянула в гостиную.
— Ой, какой холодильник! Красивый.
Сергей тут же распахнул дверцу. Внутри было пусто.
— А продукты где?
Максим уже шёл к спальне. Шкаф оказался наполовину пуст. На полке лежали несколько его свитеров, джинсы и коробка со старыми документами.
— Лена?
Тишина.
Тогда он заметил на кухонном столе конверт. На нём было написано: «Максиму».
Почему-то сразу похолодели руки. Он разорвал край.
«Максим.
Я ушла не из-за твоей мамы. И не из-за Сергея.
Я ушла из-за тебя.