— Гамак, — повторила Екатерина по телефону таким тоном, будто брат сообщил ей нечто неприличное.
С этого всё и началось.
— Теплицу обязательно ставьте из поликарбоната. Минимум шесть на три метра, от меньшей никакого толку. Перед зимой землю полностью перекопайте. Навоз я достану, у Ковальчуков есть. И малину возле забора не сажайте: полезет к соседям, потом ругаться будете.
— Катя, нам не нужен большой огород. Сделаем пару грядок и сами решим, что на них выращивать.
— Сами, — усмехнулась она. — Ты последний раз держал лопату, когда я отправила тебя копать картошку. И даже тогда ревел.
— Мне тринадцать лет было.
— А сейчас ты, значит, лучше умеешь?
Стас перевёл беседу на другую тему. Сестра не стала спорить, и ему показалось, что она согласилась. Но через неделю от неё пришли фотографии страниц какого-то журнала: способы защиты томатов от фитофтороза, удобрения для перца и средства против колорадского жука. Под снимками значилось: «Прочитай. Ещё пригодится».
Стас ничего читать не стал. Он убедил себя, что Екатерина всё поняла. Ему очень хотелось в это поверить.
И вот теперь, в субботу, в половине восьмого утра, ящики с рассадой стояли возле его калитки.
— Катя, я ведь говорил тебе.
— Что именно ты говорил? Что огород будет маленьким? Вот и будет маленьким. Разве сорок кустов — это огород? Я уже подходящее место нашла. Вон там, где больше солнца.
— На том месте мы собирались сделать газон.
— Газон, — фыркнула сестра. — Зимой банку газона не откроешь.
Из дома вышла Елена. Поверх пижамы она накинула кофту.
— Доброе утро, Екатерина Ивановна. Проходите, я сейчас чайник включу.
— Я сюда не чай распивать приехала. Работы и без того полно.
В этот момент Стас не выдержал.
— Нет! — Он произнёс это так громко, что за соседским забором залаяла собака. — Нет, Катя. Никакой работы не будет. Я просил тебя. Раз десять просил. Ты вообще меня слышишь? Это мой дом. Мой! Не твой огород и не родительская хата. Я хочу хотя бы что-нибудь в собственной жизни решать самостоятельно.
— Стас, — негромко остановила его Елена.
— Нет, пусть наконец услышит. — Он достал телефон. — Сейчас я вызову тебе машину. Ты уедешь домой и заберёшь с собой всю эту рассаду.
Екатерина молчала. Её губы сжались в тонкую нитку.
— Я эти помидоры с февраля выращивала, — наконец сказала она. — На подоконнике. Каждый день поливала, чтобы тебе…
— Я тебя об этом не просил.
Он пожалел о сказанном ещё до того, как закончил фразу. Но слова уже прозвучали.
Машина приехала через пятнадцать минут. Стас сам погрузил ящики в багажник и на заднее сиденье. Екатерина села рядом с водителем, ни разу не посмотрев в сторону брата. Уже из салона она протянула ему пакет.
— Здесь вареники с вишней. Сразу убери в морозилку, иначе испортятся.
Дверь захлопнулась. Такси тронулось и скрылось за поворотом. Стас остался стоять возле калитки с пакетом замороженных вареников, чувствуя себя последним подлецом.
— Ты зашёл слишком далеко, — сказала Елена.
— Я знаю.
На следующее утро в семь сорок телефон не зазвонил. Он молчал и через день, и спустя неделю. Стас уходил на работу, возвращался домой, ел приготовленный Еленой борщ и повторял:
— Наконец-то стало тихо.
Но теперь он самостоятельно просыпался в семь тридцать восемь, без всякого будильника. Лежал в кровати и смотрел на телефон. Елена всё замечала.
В воскресенье она сказала:
— Я к ней съезжу.
— Зачем? Она и без того тебя недолюбливает.
— Именно поэтому.
Елена зашла в кондитерскую возле автовокзала, купила торт и отправилась в деревню на маршрутке.
Екатерина работала на огороде. Ящики были расставлены вдоль дорожки. Часть рассады она уже перенесла в землю, а остальные растения успели привянуть и бессильно свешивали листья через деревянные края. Сама хозяйка, согнувшись, выкапывала лунки возле старой груши.
— Добрый день. Можно войти?
Екатерина выпрямилась и вытерла испачканные руки о фартук.
— Он тебя отправил?
— Нет. Наоборот, сказал не ехать.
— Вот и послушалась бы мужа.
Елена поставила коробку с тортом на скамейку, подняла лежавшую под грушей вторую лопату и спросила:
— Куда высаживать?
Екатерина около минуты молча изучала невестку. Затем указала на ряд:
— Сюда. Расстояние между кустами — сорок сантиметров.
Они принялись за работу и долго не разговаривали. Минут через десять Екатерина пробормотала:
— Лопату хотя бы правильно держишь.
— Каждое лето работала в огороде у бабушки под Хмельником. Если грядка получалась кривой, она заставляла переделывать.
— И правильно делала.
Впервые за три года Екатерина улыбнулась невестке. Не из вежливости и не потому, что так было положено, а по-настоящему — едва заметно приподняв уголок рта.
Чай они пили на кухне. На подоконнике, недавно заставленном ящиками, остались только круглые следы от воды. На табурете свернулась и уснула кошка Ласка.