Валентина опустила голову.
— Я и справляюсь, сынок. Только иногда так хочется, чтобы не одной.
Павел обнял мать.
Сначала осторожно, словно боялся причинить ей боль. А потом прижал к себе крепче.
Она стояла неподвижно, положив ладони ему на спину.
— Мамочка, — тихо сказал он, — я ведь когда-то каждый день бежал сюда из школы. Даже когда знал, что ты будешь ругать за двойку. Потому что это был мой дом.
По щекам Валентины потекли слёзы.
Она даже не пыталась их вытирать.
— А я боялась, что вы его стесняетесь…
— Мама, разве можно стесняться места, где тебя всегда любили?
В тот вечер дети никуда не уехали.
Оксана сама предложила остаться на ночь.
Ирина нашла в кладовке чистое постельное бельё, Максим принёс сумки из машины, а Павел позвонил на работу и договорился приехать на следующее утро немного позже.
Валентина Степановна тут же засуетилась.
— Ой, да у меня в дальней комнате не убрано! Подушки надо проветрить! И чистые полотенца достать…
— Мама, — Оксана осторожно взяла её за руки, — присядь, пожалуйста. Мы сами со всем справимся.
— Да как же…
— Просто посиди с нами.
И Валентина села.
Впервые за много лет она не бегала бесконечно между кухней и столом, не переживала, что кому-то чего-нибудь не хватит.
Просто сидела и слушала родные голоса.
Павел вспоминал, как отец учил его кататься на велосипеде.
Оксана рассказывала, как в детстве тайком примеряла мамины туфли на каблуках.
Максим отыскал в шкафу старую коробку с фотографиями и начал расспрашивать, кто на них изображён.
На одном снимке Виктор стоял возле недостроенного дома.
Молодой, загорелый, в рабочей рубашке.
А рядом Валентина — с маленькой Оксаной на руках.
— Бабушка, а вы действительно сами строили этот дом? — спросил Максим.
— Сами, внучек. Дедушка после работы до самой темноты кирпичи укладывал. А я ему раствор носила. Иногда руки так болели, что даже ложку было трудно держать.
— А почему так долго строили?
Валентина улыбнулась.
— Потому что денег не хватало. То на кирпичи накопим, то на окна. А потом вам с Павлом и Оксаной то обувь нужна, то школьные принадлежности. Вот и откладывали стройку.
Максим внимательно рассматривал снимок.
— А дедушка здесь такой счастливый.
— Очень счастливый, — ответила бабушка. — Он тогда первую комнату закончил. Сказал, что теперь у нас есть своё собственное место на земле.
Павел попросил фотографию.
Долго смотрел на молодого отца.
— Мама, помнишь, он говорил, что этот дом ещё сто лет простоит?
— Помню. Ещё смеялся, что вы с Оксаной когда-нибудь будете спорить, кому здесь жить.
Оксана грустно улыбнулась.
— А мы даже времени приехать сюда не находили.
Мать хотела что-то ответить, но дочь остановила её.
— Нет, мамочка, ты послушай. Я ведь всё время думала, что поступаю правильно. Заказывала тебе продукты, искала врачей, переводила деньги. А когда ты просила приехать, отвечала, что занята.
Оксана провела пальцем по краю фотографии.
— И знаешь, что самое ужасное? Я сама постоянно жалуюсь, что Максим вырос и почти не проводит со мной времени. А ты, оказывается, уже давно так живёшь.
Валентина протянула к ней руку.
— Оксаночка…
— Прости меня, мама. Я действительно не понимала.
Они обнялись прямо за столом.
На следующее утро Павел проснулся раньше остальных.
Вышел во двор и обошёл дом.
Осмотрел цоколь, сфотографировал трещину, проверил, куда уходит дождевая вода из водостоков.
Когда Валентина вышла из кухни, сын уже разговаривал по телефону.
— Да, дом кирпичный, старой постройки. Нужно обследовать фундамент и установить причину трещин. Нет, ничего наугад делать не будем. Когда сможете приехать?
Он закончил разговор.
— В среду приедет инженер. Всё осмотрит. Потом решим, какой ремонт необходим.
— Сынок, да я ведь не прошу…
— Знаю, мама. Поэтому и делаю.
Валентина молча кивнула.
Позже Оксана предложила заменить старую высокую ванну удобным душем.
Ирина сказала, что поможет подобрать новое освещение для кухни.
А Максим объявил, что хочет восстановить старую беседку и устроить там уютное место для семейных чаепитий.
Все заговорили одновременно.
И вдруг Валентина Степановна рассмеялась.
— Господи, да вы мне тут весь дом вверх дном перевернёте!
— Не весь, бабушка, — серьёзно ответил Максим. — Чайник обязательно оставим!
Прошёл месяц.
Дом так и не продали.
После обследования фундамента специалисты составили план ремонта, а Павел занялся организацией работ.
Не всё оказалось просто. Пришлось делать дополнительное водоотведение и укреплять повреждённую часть основания.
Но главное — дело наконец сдвинулось с места.
Оксана начала чаще приезжать к матери.
Иногда одна, иногда вместе с Максимом.
Не всегда надолго. Порой всего на пару часов.
Зато Валентина больше не готовила угощения по полдня.
Могла просто поставить чайник, достать баночку варенья и сказать:
— Садитесь, мои хорошие. Рассказывайте, что у вас нового.