Валерия положила кольцо прямо в лужицу пролитого чая. Скатерть была мамина, праздничная, с кружевной отделкой по краям. Её доставали из шкафа всего дважды в год: на Новый год и на папин день рождения. Теперь по белой ткани медленно расползалось тёмное пятно, а в самом его центре поблёскивало тонкое золотое колечко.
Никто из находившихся в комнате не пошевелился. Даже Алексей.
А ведь ещё неделю назад Валерия была уверена, что в ноябре станет его женой.
В тот вечер они встретились в кафе возле набережной. Алексей заказал себе минеральную воду, а для неё, как всегда не спрашивая, — чай с жасмином. Раньше Валерия считала это проявлением внимания. Он помнил, какие напитки она предпочитает, какие цветы любит, что начинает мёрзнуть уже в сентябре и не выносит пользоваться зонтом со сломанной спицей.
— Значит, решено, — Алексей бросил автомобильные ключи на стол, отчего чашки звякнули о блюдца. — Я вчера разговаривал с отцом. Он покупает нам двухкомнатную квартиру в новом жилом комплексе, с охраной и парковкой. А расходы на свадьбу берут на себя твои родители.
Валерия не сразу осознала смысл услышанного.
— Что именно должны сделать мои родители?
— Полностью оплатить торжество. Загородный комплекс, выездную церемонию, ведущего, фотографа и цветочное оформление. Мама вчера отправила тебе смету.
Валерия действительно получила этот документ. Полночи она рассматривала строчки, переходя от одной суммы к другой, и надеялась, что Элеонора Викторовна просто ошиблась количеством нулей. Итог превышал шестьсот тысяч гривен.
— Алексей, но мы же договаривались о скромной свадьбе. Официально расписаться, а затем посидеть с родственниками…
— Мы так рассуждали, пока не знали полный список приглашённых. — Он откинулся на спинку дивана и поправил манжету. Эта привычка появилась недавно, вместе с дорогими часами, подаренными отцом. — У папы будут люди из департамента. Придут знакомые мамы из благотворительного фонда и деловые партнёры. Ты же понимаешь, что их невозможно посадить в кафе на окраине и угощать салатом оливье? Мероприятие должно соответствовать определённому уровню.
— У моих родителей такого уровня нет, — тихо произнесла Валерия. — Папа преподаёт математику, а мама — украинскую литературу в лицее. Чтобы оплатить эту смету, им придётся продать дедушкину дачу.
— Тогда пусть продают, — Алексей безразлично пожал плечами. — Что там особенного? Шесть соток и старенький домик. Зато дочь замуж выдадут достойно. Всё совершенно нормально: моя семья обеспечивает жильё, а твоя устраивает праздник. Так принято практически везде.
Валерия ничего не ответила. Дедушкина дача была вовсе не «стареньким домиком». Там росли груши, вкус которых она больше нигде не встречала. Во дворе висели качели, сделанные дедом к её пятилетию. Каждую осень отец приезжал красить забор, потому что, по его словам, «дедушка никогда не простил бы облупившуюся краску».
— А на кого оформят квартиру? — медленно спросила девушка.
Алексей рассмеялся. Не зло, а снисходительно — так взрослые реагируют на ребёнка, который спрашивает, почему небо голубого цвета.
— Лера, ну ты и скажешь. Конечно, недвижимость будет записана на отца. Он платит, значит, квартира принадлежит ему. Возможно, со временем переоформит на меня. Жизнь длинная, всякое может произойти.
— Что именно может произойти?
— Ну… — он неопределённо махнул рукой. — Не придирайся к формулировкам. Жить мы всё равно будем вместе. Зарегистрируем тебя по этому адресу, сама выберешь занавески и обставишь кухню по своему вкусу. Станешь настоящей хозяйкой.
Валерия медленно поставила чашку на блюдце.
— Получается, мои родители отдают всё, чем располагают, чтобы один вечер развлекать гостей твоего отца. А если через год я тебе надоем, то покину чужую квартиру с одним чемоданом. Потому что никаких прав на неё у меня не будет.
Выражение лица Алексея изменилось так резко, что девушка невольно вздрогнула.
— Вот! Именно об этом предупреждала мама! — Он наклонился над столом. — Вся ваша интеллигентская порода одинаковая: книжки, стихи, красивые разговоры, а когда дело касается денег — цепляетесь за каждую копейку. Слушай внимательно. Либо всё происходит так, как решили родители, либо свадьбы вообще не будет. Даю тебе три дня. Съезди к своим и нормально с ними поговори. В четверг жду окончательного ответа и подписанного договора с банкетным комплексом.
Он оставил на столе купюру для официантки, поднялся и ушёл, ни разу не обернувшись.
Валерия просидела на месте ещё около десяти минут. За окном желтел осенний парк, а пожилой мужчина на скамейке под каштаном крошил хлеб голубям. За соседним столиком отмечали день рождения, и официантка несла праздничный торт с зажжёнными свечами. Валерия смотрела на всё словно через залитое дождём стекло и повторяла про себя только одно: не плакать. По крайней мере, не здесь.
Такси отвезло её на противоположную окраину города, к кирпичной пятиэтажке, стены которой обвивал дикий виноград. Осенью листья становились тёмно-красными, почти бордовыми, поэтому с детства Валерия называла их дом «румяным».