— Я просто хочу хотя бы один раз за шесть лет услышать правду.
Диана встала.
— Какую ещё правду?
— Откуда у тебя деньги на такой телефон?
— Я уже сказала!
— Тогда покажи свой.
— Что?
— Телефон покажи.
— Вы вообще нормальные?
— Диана, — тихо сказал Олег. — Покажи телефон.
Сестра посмотрела на него так, словно именно сейчас он её предал.
— Ты тоже?
— Просто покажи.
— Я не обязана перед вами отчитываться!
Она резко сунула руку в карман куртки.
Этого оказалось достаточно.
На секунду из кармана показался край большого фиолетового смартфона.
Именно такой цвет был указан в чеке.
Олег молча смотрел на сестру.
Диана быстро убрала телефон обратно.
— Ну да! Купила!
Она почти закричала.
— Купила себе новый телефон! И что?!
Виктория медленно кивнула.
— Ничего.
— Я шесть лет себе ничего не покупала!
— Не ври.
— Да как ты смеешь?!
— А как ты смела?
Голос Виктории впервые задрожал.
— Как ты могла приходить сюда и рассказывать, что твой ребёнок мяса не видит, а сама заказывать суши? Как ты могла просить деньги на коммуналку на следующий день после того, как отдала пятьдесят тысяч за телефон?
— Это мои деньги!
— Именно.
Виктория поднялась.
— Твои.
Она почувствовала, как дрожат руки.
— И знаешь, что самое страшное? Даже не этот телефон. И не то, что ты врала.
Диана молчала.
— Самое страшное — сегодня я отказала своему сыну в кроссовках за три тысячи двести гривен.
Олег опустил глаза.
— Он написал мне из школы. Старые уже разваливаются. А я сказала: после зарплаты. Потому что несла тебе два пакета продуктов. Потому что знала, что вечером ты опять попросишь денег.
У Виктории защипало глаза.
— Шесть лет, Диана.
Она сглотнула ком в горле.
— Шесть лет мы думали, что спасаем тебя.
— А я не просила вас жертвовать всем!
— Просила.
Это сказал Олег.
Очень тихо.
Диана повернулась к брату.
— Что?
Он положил телефон на стол.
— Ты просила постоянно.
— Олег, ты же знаешь, как мне трудно.
— А мне?
Диана растерялась.
Олег усмехнулся какой-то усталой и горькой улыбкой.
— Ты хотя бы раз за эти шесть лет спросила, как трудно мне?
— Но ты мужчина…
— А-а. Ну да.
Он кивнул.
— Я мужчина. Значит, должен зарабатывать, отдавать тебе и молчать.
— Ты мой брат!
— Именно поэтому я столько лет помогал.
Олег посмотрел на сестру.
— А ты превратила мою помощь в обязанность.
Диана покраснела.
— Хорошо! Мне не нужны ваши деньги!
— Хорошо, — спокойно ответила Виктория.
Диана явно не ожидала такого.
— Что значит «хорошо»?
— Не нужны — значит, не нужны.
Виктория вышла в коридор.
Сняла с вешалки светло-бежевую куртку и протянула Диане.
— Одевайся. На улице холодно.
— Ты меня выгоняешь?
— Нет.
Виктория покачала головой.
— Я просто перестаю тебя спасать. Счастливого пути.
Первые несколько дней Олег почти не говорил о сестре.
Ходил молчаливый.
По вечерам подолгу сидел на кухне и просматривал старые банковские переводы.
Однажды Виктория вошла и увидела перед ним блокнот.
На странице были записаны цифры.
— Что считаешь?
Олег ответил не сразу.
— Сколько мы дали ей за последние три года.
— И сколько?
Он назвал сумму.
Виктория села.
Это было больше, чем они сумели накопить для себя за весь брак.
— А если посчитать за шесть лет… — начал Олег.
— Не надо.
Он закрыл блокнот.
— Я идиот, да?
— Нет.
— Вика…
— Ты брат.
Она села напротив.
— Ты хотел помочь родной сестре.
— Но я постоянно заставлял тебя соглашаться.
Виктория промолчала.
— И Артёма, получается, тоже заставлял.
Олег закрыл лицо руками.
— Помнишь, прошлым летом он просил велосипед?
— Помню.
— А мы тогда Диане десять тысяч отдали.
— Помню.
Олег долго смотрел в окно.
— Я правда думал, что поступаю правильно.
Виктория протянула руку и накрыла его ладонь своей.
— Мы оба так думали.
В субботу Артём проснулся от того, что отец стянул с него одеяло.
— Вставай.
— Пап, выходной же…
— Знаю.
— А куда мы?
— В магазин.
Мальчик сонно прищурился.
— Зачем?
Олег бросил ему на кровать спортивные штаны.
— Кроссовки тебе покупать.
Артём моментально сел.
— Серьёзно?
— Абсолютно.
— Можно те самые?
— Можно.
— А если скидка уже закончилась?
— Тогда купим без скидки.
Артём улыбнулся так широко, что Виктория, стоявшая в дверях, вынуждена была отвернуться.
Потому что неожиданно заплакала.
Не из-за обуви.
А из-за того, насколько мало иногда нужно ребёнку, чтобы почувствовать:
в этот раз выбрали именно его.
Диана ещё долго звонила.
Сначала говорила сердито.
Потом плакала.
Потом начала присылать Олегу длинные сообщения.
«Мы же одна семья».
«Кроме тебя, у меня никого нет».
«Ты позволил своей жене нас рассорить».
Олег несколько раз начинал писать ответ.
Потом стирал.
Однажды вечером он показал Виктории очередное сообщение.
— Ответить?
— Это твоя сестра. Решай сам.
Он немного подумал.
А потом написал:
«Диана, я тебя люблю, и ты всё равно остаёшься моей сестрой. Но твои долги теперь — твоя ответственность. Если случится настоящая беда, я буду рядом. Но деньги на твои обычные расходы я больше давать не стану».
Через минуту пришёл ответ:
«Понятно. Спасибо за всё».
А ещё через минуту:
«Надеюсь, тебе не будет стыдно».
Олег прочитал сообщение и положил телефон экраном вниз.
— Наверное, будет, — сказал он.
— Что?
— Стыдно.
Виктория удивлённо посмотрела на мужа.
— Мне ещё долго будет стыдно.
Он помолчал.
— Только не перед ней.