— Жаль.
— Ничего, — улыбнулся Михаил. — Пойдём на следующий. Я уже афишу посмотрел.
Первые месяцы совместной жизни оказались не такими безоблачными, как им представлялось.
Елена звонила матери, но в гости к Михаилу приходить не спешила.
Сергей тоже держался в стороне.
Хотя отец несколько раз приглашал его вместе с семьёй на обед, сын постоянно находил причины отложить встречу.
Виктория иногда расстраивалась.
— Миша, а вдруг они так и не привыкнут?
— Дай им время. Мы ведь тоже не сразу научились жить вместе.
— Это ты о чём?
— А кто мне все специи на кухне переставил? Я три дня перец искал!
Виктория рассмеялась.
— Зато теперь у тебя всё красиво расставлено.
— Красиво-то красиво, только ничего найти не могу!
Они действительно постепенно привыкали друг к другу.
Михаил любил вставать рано, а Виктория могла допоздна читать перед сном.
Он всегда аккуратно складывал полотенца ровными стопками, а она переставляла цветочные горшки туда, где было больше света, даже если для этого приходилось двигать его вещи.
Иногда они спорили по пустякам.
Но теперь у каждого был человек, с которым можно было помириться за вечерней чашкой чая.
Однажды субботним утром раздался звонок в дверь.
На пороге стояла Елена с детьми.
— Мам, мы тут неподалёку были… Можно к вам?
Виктория растерянно улыбнулась.
— Конечно, заходите!
Михаил как раз готовил блины.
Услышав голоса, он вышел из кухни в фартуке.
— О, гости! Как замечательно! А у меня как раз завтрак готовится.
Младшая внучка сразу подбежала к нему.
— Дедушка Михаил, а можно мне блинчик с вареньем?
— Можно даже два! Только сначала бабушке скажи, что ты уже здесь.
Елена стояла у кухонной двери и наблюдала, как мама расставляет тарелки, как Михаил осторожно переворачивает блины, как они переглядываются и улыбаются друг другу.
Потом Виктория потянулась к верхней полке за банкой варенья.
— Витуся, подожди, я достану, — тут же сказал Михаил. — А ты лучше чайник поставь.
Он снял банку, поставил перед ней и ласково коснулся её плеча.
— Вот, хозяюшка моя.
— Спасибо, хозяин, — рассмеялась Виктория.
И в этот момент Елена вдруг поняла то, чего раньше совершенно не замечала.
Мама всегда улыбалась, когда видела детей и внуков. Радовалась их успехам, праздникам и семейным встречам.
Но сейчас она улыбалась просто потому, что находилась на своей кухне рядом с мужчиной, который её любил.
Позже, когда Михаил повёл детей показывать свои книги, Елена подошла к матери.
— Мам, прости меня за то, что я тогда наговорила.
Виктория обернулась.
— За что, доченька?
— Я думала только о том, как мне будет непривычно без тебя. А о том, каково тебе было одной, даже не задумывалась.
Мать обняла дочь.
— Ты у меня хорошая. Просто нам обеим понадобилось немного времени.
Елена крепче прижалась к ней.
— Я рада, что ты счастлива, мама.
Со временем и Сергей стал чаще навещать отца.
Сначала приезжал один, а потом привёз жену и детей.
Виктория встретила гостей домашним пирогом, а Михаил с гордостью показывал, как она превратила его когда-то пустую гостиную в уютную комнату с цветами и книгами.
Постепенно дети привыкли к тому, что у родителей теперь есть совместные планы и иногда они могут быть заняты собственными делами.
Однажды внучка Виктории, рассматривая фотографии с их прогулки, спросила:
— Бабушка, а почему ты на всех фотографиях так улыбаешься?
Виктория посмотрела на Михаила.
Он сидел рядом, читал газету и делал вид, будто совершенно не слушает их разговор.
— Знаешь, солнышко, я долго думала, что всё самое интересное в моей жизни уже осталось позади. А потом встретила твоего дедушку Михаила.
— И что?
— И поняла, что ошибалась.
Девочка задумалась.
— А вы теперь всегда будете вместе?
Михаил отложил газету.
— Мы очень на это надеемся, — ответил он и протянул Виктории руку.
Она вложила свою ладонь в его.
А следующим утром они снова отправились на прогулку.
Солнце мягко освещало дорожку. Михаил нёс небольшой пакет с булочками, а Виктория рассказывала ему о новой книге.
Возле знакомой скамейки он остановился.
— Витуся, помнишь, как мы здесь впервые сидели?
— Конечно, помню. Ты тогда боялся взять меня за руку.
— А ты делала вид, что ничего не замечаешь.
— Хотела, чтобы ты сам решился.
Он рассмеялся и обнял её за плечи.
— Хорошо, что решился.
— Хорошо, Миша.
Виктория положила голову ему на плечо.
Ей было шестьдесят пять, когда она встретила Михаила. Ему было столько же.
Их дети давно выросли. За плечами у обоих осталась целая жизнь, наполненная заботами, обязанностями и привычными делами.
Они не могли вернуть молодость.
Да и не стремились к этому.
Потому что теперь у них было нечто гораздо более важное — человек, рядом с которым хотелось встречать каждый новый день.
А дома, на кухонном столе, их ждали две чашки.
И ни одна из них больше не оставалась одинокой.
