Она покраснела так сильно, будто только что растёрла по щекам вишнёвый сок.
Наталья Васильевна поставила ведро на пол, вытерла ладони о передник и долго смотрела на невестку.
Наверное, впервые по-настоящему внимательно.
И вдруг поняла одну простую вещь.
В поведении Риты была не только лень.
Там ещё прятался страх показаться нелепой и беспомощной рядом с человеком, который всё умеет делать правильно.
— Научу, — сказала Наталья Васильевна. — Только сначала пойдём за вишней. Без вишни вареников не получится.
Рита посмотрела на свой маникюр.
Тяжело вздохнула.
И взяла ведро.
Вишни они собирали вместе почти до самой темноты.
Наталья Васильевна объясняла:
— Срывай с хвостиком. Сильно не сжимай. В ведро клади осторожно, не бросай.
Рита дважды рассыпала ягоды в траву, один раз залезла рукой прямо в паутину и так закричала, что услышал, наверное, весь дачный посёлок.
Ганна Степановна за забором сделала вид, что ничего не заметила, хотя сама едва сдерживала улыбку.
После вишни занялись тестом.
Оно приставало к пальцам.
К столу.
И даже ко лбу Риты, когда та машинально убрала рукой выбившуюся прядь волос.
Вареники получались кривоватыми, толстыми и совершенно непохожими друг на друга.
Почти половина раскрылась прямо во время варки.
Алексей два раза заглядывал на кухню.
И оба раза мать выгоняла его кухонным полотенцем.
— Иди отсюда! Будешь ждать ужина, как нормальный муж!
За стол сели уже около десяти вечера.
Алексей съел штук двадцать и заявил, что вкуснее вареников не пробовал в своей жизни.
Конечно, привирал.
Но Рита всё равно расплылась в счастливой улыбке.
А потом достала телефон и сфотографировала свои руки.
Пальцы были красными почти до запястий, а на двух ногтях лак заметно облупился.
— Ну вот вам и маникюр за девятьсот гривен, — рассмеялась она. — Придётся записываться к мастеру, пусть спасает то, что осталось.
— Лучше хороший крем для рук себе купи, — посоветовала свекровь. — У нас тут каждое лето примерно такой маникюр.
В следующую пятницу автомобиль, как обычно, появился возле дачи вечером.
На этот раз Рита выбралась из машины первой.
В руках у неё был пакет.
А внутри пакета лежали новенькие садовые перчатки — розовые, с резиновыми пупырышками на ладонях.
— Ну что, Наталья Васильевна, — вместо привычного «добрый вечер» сказала она. — Что завтра собирать будем?
Наталья Васильевна отвернулась, чтобы невестка случайно не заметила её улыбку.
Позже, когда молодые уже ушли спать, из-за забора послышался голос Ганны Степановны:
— Ну что, Наташ, помогла твоя наука?
— Помогла, Ганя, — ответила Наталья Васильевна. — Ещё как помогла.