Потом тихонько произнесла:
— Домой хочу, сынок. Хоть на лето.
В субботу чёрный внедорожник снова остановился возле знакомого забора.
И снова колёса увязли в той же огромной луже.
Валентина Трофимовна уже ждала возле калитки, вытирая руки о фартук.
Андрей позвонил ей ещё утром и предупредил о приезде.
Мама не сразу вышла из машины.
Сначала долго смотрела на родные стены.
На синие наличники, на старый почтовый ящик, который сын когда-то прибил неровно.
На клумбу возле крыльца, где скоро должны были взойти бархатцы.
Потом медленно подошла к дому.
Положила ладонь на кирпич возле двери.
И нежно провела по нему, словно гладила по голове дорогого человека, с которым давно не виделась.
Подруги обнялись молча.
Слова появились позже, когда они сели пить чай.
И разговоров хватило до самого вечера.
Андрей заносил мамины сумки и каждый раз спрашивал:
— Мам, куда это поставить?
Она показывала.
И он ставил именно туда, куда она просила.
Для Андрея это было непривычно.
Но неожиданно оказалось очень просто.
Договорились, что Лидия Филипповна останется в деревне до первых морозов.
А дальше решат вместе, как будет удобнее.
Впервые за много лет Андрей не стал принимать решение за мать.
Ключ, который пять лет пролежал в бардачке, он вернул ей.
А себе в тот же день сделал второй.
Чтобы приезжать каждую субботу.
Вечером, когда Андрей уже собирался уезжать, мама догнала его возле калитки.
Немного смущённо улыбнулась и попросила:
— Сынок, когда в следующий раз приедешь… Привези мне, пожалуйста, рассаду помидоров.
Она посмотрела на свой огород.
— Я здесь сама посажу.
