Это была целая эпопея.
Про автобус, в котором не откидывались спинки кресел, а кондиционер то включался, то переставал работать.
Про водителя, который среди ночи зачем-то включил радио почти на максимальную громкость.
Про то, что без сумок-холодильников им пришлось постоянно питаться в придорожных кафе, где цены напоминали телефонные номера, а котлеты выглядели так, будто их происхождение лучше вообще не выяснять.
Про оплаченный день в гостинице, деньги за который им, разумеется, никто возвращать не собирался.
Про то, как Рита натёрла ноги, пока тащила чемоданы по жаре от автостанции до гостиницы, потому что на местное такси денег у них к тому моменту почти не осталось.
— И всего этого кошмара можно было легко избежать! — Виктория Семёновна наконец посмотрела мне прямо в глаза. — Если бы ты, Лена, проявила хотя бы немного сочувствия и отвезла нас, как поступила бы любая нормальная женщина! Мы потратили втрое больше, чем собирались! Вернулись домой совершенно измученные! И всё это из-за тебя!
Я спокойно положила вилку рядом с тарелкой, аккуратно сложила салфетку и посмотрела на свекровь.
— Нет, Виктория Семёновна. — Я говорила тихо, но она почему-то сразу напряглась. — Всего этого можно было избежать, если бы вы просто спросили. Если бы не строили планы за мой счёт. Если бы не забирали ключ от моей машины в моём собственном доме.
Она подалась вперёд, явно собираясь снова начать привычную песню о том, что «мы ведь не чужие», но я подняла руку.
— Вы потратили собственные деньги, своё время и свои нервы только по одной причине: решили, что имеете право распоряжаться моей собственностью, моим временем и моим кошельком. Вы сами выбрали этот маршрут в тот момент, когда полезли к ключнице. Всё остальное стало лишь последствиями вашего решения. Я к этому не имею никакого отношения.
Андрей молчал, но сидел рядом так, что никаких сомнений в его позиции не возникало.
Он был на моей стороне.
— И ещё одно, — продолжила я. — Запасного ключа в прихожей больше нет. Теперь он находится там, куда гости доступа не имеют. Я не собираюсь перестраивать собственную квартиру из-за ваших идей, поэтому предупреждаю всего один раз: если вы или кто-нибудь из ваших родственников ещё раз попытаетесь воспользоваться моей машиной без моего разрешения, наше общение закончится. Полностью. И обсуждать это я не собираюсь.
Виктория Семёновна плотно сжала губы.
Кажется, до неё наконец дошло, что привычные методы здесь больше не работают.
И уже не сработают.
Ни давление на жалость.
Ни бесплатные поездки.
Ни попытки организовать отпуск за чужой счёт.
Она резко поднялась со стула, с неприятным скрежетом отодвинула его по плитке, вышла в прихожую и с силой захлопнула за собой дверь.
Андрей молча долил мне в чашку травяного чая.
А я вдруг вспомнила, что царапины в багажнике мне всё-таки отполировали.
Быстро и совсем недорого.
Во всяком случае, значительно дешевле, чем в итоге обошлась им та самая суббота.