Теперь я точно понимаю, зачем моя свекровь в тот вечер так долго вертелась перед зеркалом в нашей прихожей, поправляя причёску.
Виктория Семёновна приехала в пятницу без предупреждения, как делала обычно. Привезла пирог в пластиковом контейнере и свежую историю о соседке, которая наконец закончила ремонт, а теперь ломает голову, куда пристроить старый шкаф. Мы сидели за чаем, я слушала её вполуха и мысленно планировала субботу: утром йога, потом маникюр, а после — ничего. Совершенно ничего. Целый свободный день. Роскошь, которой у меня не было уже месяца три.
Когда я пошла на кухню второй раз поставить чайник, свекровь почему-то задержалась в коридоре. Минуты на две, не больше. Поправляла волосы, поворачивала голову то в одну, то в другую сторону, разглядывала себя и жаловалась, что на фотографиях всегда выглядит старше своего возраста. Я тогда ещё подумала: надо же, шестьдесят два года, а перед зеркалом крутится словно девчонка.
Прямо за её спиной на стене висела деревянная ключница. Открытая. Без дверцы.
Субботнее утро началось идеально. Я проснулась раньше будильника, выпила стакан воды и несколько минут постояла у окна. Андрей продолжал спать, натянув одеяло почти на голову, — он всегда так делал, если утром никуда не требовалось вставать.
Я взяла сумку со спортивной одеждой, максимально тихо закрыла дверь квартиры и спустилась во двор.
И замерла.
Возле моей машины происходило настоящее великое переселение. Багажник был распахнут настежь. Виктория Семёновна, тяжело дыша, пыталась затолкать внутрь огромную клетчатую сумку размером чуть ли не с холодильник, из которой торчала ручка сковородки. Рядом суетилась её сестра, тётя Люба, в соломенной шляпе с искусственными подсолнухами. Чуть поодаль стояла Рита, моя тридцатилетняя золовка, и что-то быстро набирала в телефоне, даже не поднимая головы.
— О, наконец-то! А мы тебя уже заждались, — бодро объявила свекровь, вытирая лоб тыльной стороной ладони. — Отвезёшь нас к морю, машину мы уже загрузили. Давай, Леночка, шевелись, открывай двери, а то к заселению не успеем. Ехать ведь далеко.
Я моргнула.
Родственницы никуда не исчезли.
В багажнике автомобиля, который я купила на собственные деньги, отложенные ещё до свадьбы, ради которого два года отказывала себе в нормальном отпуске и с которого буквально сдувала каждую пылинку, уже громоздилась целая гора вещей. Я машинально пересчитала: четыре чемодана, две сумки-холодильника, от которых на весь двор пахло жареной курицей и чесноком, пакеты с полотенцами и три складных кресла. Металлические ножки кресел упирались прямо в пластиковую обшивку. Я уже понимала, что в понедельник придётся записываться на сервис и убирать царапины.
План Виктории Семёновны складывался у меня в голове сам собой, как картинка из пазла. Три взрослые женщины не тратятся на билеты. Огромный багаж, за который в автобусе пришлось бы платить отдельно, едет бесплатно. А вдобавок они получают личного водителя, который наверняка не посмеет отказаться: Лена сядет за руль, Лена заправит полный бак туда и обратно, Лена купит всем кофе на заправке и оплатит обед в придорожном кафе, потому что неудобно же сидеть одной с тарелкой, когда остальные смотрят.
Это уже было даже не обычное нахальство.
Это была заранее подготовленная операция.
И тут в голове появилась одна удивительно спокойная мысль.
Вчера вечером я включала сигнализацию.
Я помнила это совершенно точно, потому что машина пикнула дважды, а на соседнем балконе в ответ залаяла собака.
Я посмотрела в салон.
Из замка зажигания торчал ключ.
Мой запасной ключ.
Зеркало.
Ключница.
Две минуты в прихожей.
Тётя Люба тем временем уже устроилась на переднем пассажирском сиденье и дёргала рычаг, пытаясь подвинуть кресло так, как ей было удобно.
— Леночка, ты мне вот эту синюю сумку сюда, под ноги, поставь, только аккуратно, там банки с огурцами, — распорядилась она таким тоном, словно я числилась у неё в обслуживающем персонале. — И сразу запомни: кондиционер не включать, меня моментально продувает. Окна тоже не открывай. И музыку свою выключишь, у меня от неё виски начинают стучать. Дорогу я тебе сама буду показывать, я по карте ориентируюсь лучше любого навигатора.
Я обошла Риту, подошла к водительской двери и встала так, чтобы никто не смог сесть за руль.
— Доброе утро. Виктория Семёновна, отдайте мне ключ. И начинайте выгружать вещи из моей машины.
Свекровь махнула рукой, будто отгоняла надоедливую муху.
— Ой, Лена, ну только не начинай с самого утра. Садись за руль, время идёт. Мы и так полчаса мучились с этими креслами, чтобы тебе ничего не поцарапать.
— Никто никуда не едет. — Я протянула раскрытую ладонь. — Ключ. Сейчас.
Рита наконец оторвалась от телефона и демонстративно цокнула языком.
— Слушай, тебе реально сложно, что ли? У тебя всё равно на выходные никаких планов, кроме своего фитнеса. Подумаешь, прокатишься до моря. Заодно свежим воздухом подышишь, а то сидишь целыми днями в своём офисе, как в консервной банке. Мы тебе вообще-то добро делаем.