С каждым месяцем чаевые становились всё щедрее. Когда Иванна впервые попыталась вернуть часть денег, потому что сумма была действительно слишком большой, клиентка решительно отвела её руку.
— Это не вам. Купите мальчикам мандарины. И не вздумайте меня обижать отказом.
Перед Новым годом Лидия Борисовна принесла большой пакет. Внутри лежали толстая книга сказок в твёрдом переплёте, немного потёртом по углам, и цветные карандаши в металлической коробке.
— Книга моего сына, — коротко пояснила женщина. — Он вырос из неё ещё тридцать лет назад. Пусть теперь пригодится кому-нибудь другому.
После этого Захар целую неделю спал, положив книгу под подушку.
Но самый важный поступок Лидия Борисовна совершила весной. Как обычно, она никого заранее не предупредила.
В марте в «Акварель» позвонила женщина и попросила записать её «к Иванне — той самой, которая стрижёт Лидию». Это была Татьяна Владимировна, председатель ОСМД в доме Лидии Борисовны. Спустя неделю пришла Раиса Петровна — бывшая завуч, с которой постоянная клиентка когда-то преподавала в одной школе. Затем записалась её сестра. Потом невестка сестры. Следом приехала соседка по даче вместе с двумя взрослыми дочерьми.
Устраиваясь в кресле, каждая из них произносила примерно одинаковые слова:
— Лида велела идти только к вам. Сказала, что на остальных мастеров здесь можно даже не смотреть.
К началу лета Неле пришлось выделить для записей Иванны отдельную страницу. Вскоре потребовалась ещё одна. В июне выяснилось, что у нового мастера самый длинный список постоянных посетительниц во всём салоне. Записаться к ней на субботу в июле было уже невозможно.
Тем же летом Иванна сообщила хозяйке квартиры, что осенью съедет. Она нашла другое жильё неподалёку от школы Матвея — более тёплое и светлое, с балконом, из которого не тянуло холодным воздухом.
В одно июньское утро Иванна отправилась в подсобку за свежими полотенцами. Христина, давно ожидавшая подходящего случая, подошла к креслу Лидии Борисовны.
— Можно задать вам один вопрос? — неуверенно начала она. — Ведь мы тоже старались. И я, и Елена, и все мастера, которые работали здесь до нас. Почему вы выбрали именно Иванну?
Лидия Борисовна посмотрела на Христину через зеркало. В её взгляде уже не было прежней жёсткости — скорее, появилась непривычная теплота.
— Вы все старались мне понравиться, Христина. Каждая из вас. Вы смотрели на меня как на грозовую тучу, которая вот-вот разразится громом. Ловили каждое моё замечание и немедленно его выполняли. А она, — Лидия Борисовна кивнула в сторону подсобного помещения, — смотрела не на меня, а на мои волосы. И просто выполняла свою работу. Вы понимаете, в чём отличие?
Христина задумалась и, судя по выражению лица, действительно поняла.
Когда Иванна вернулась с полотенцами, Лидия Борисовна уже находилась возле кассы. Она расплатилась, поправила кожаный ремешок мужских часов, но перед уходом неожиданно задержалась. Затем тихо произнесла, чтобы её услышала только мастер:
— Знаете, за семь лет вы стали первым человеком в этом салоне, который меня не испугался.
Иванна улыбнулась.
— Я вас боялась, Лидия Борисовна. Ещё как боялась. В тот день у меня колени тряслись. Я просто решила не выпускать ножницы из рук.
Лидия Борисовна рассмеялась тем самым молодым смехом. Неля за кассой даже подняла голову от неожиданности. Затем женщина раскрыла зонт, хотя дождь уже закончился, и вышла на Соборную.
А Неля перелистнула тетрадь на следующий месяц и обычной синей ручкой записала, как всех остальных: «Лидия Борисовна, суббота, 10:00».