В среду Диана впервые за три недели прошла мимо кухни и даже не включила там свет.
Сняла босоножки, поставила сумку на стул в прихожей, переоделась в домашнее. Обычно к этому времени она уже стояла перед открытым холодильником и мысленно прикидывала, хватит ли курицы на четверых или нужно ещё почистить картошку. Сегодня она просто вошла в спальню, села на кровать и открыла ноутбук.
Регина Семёновна появилась в дверях минут через двадцать.
— Ты когда ужин готовить будешь? Антон вот-вот приедет, Оксана тоже скоро будет. Я на кухню заглянула — там вообще ничего нет.
Диана не сразу оторвалась от экрана.
— Сегодня я не готовлю.
Свекровь ещё несколько секунд стояла на месте, словно ждала продолжения.
— В смысле — не готовишь?
— В прямом.
— А есть все что будут?
Диана повернулась к ней.
— Регина Семёновна, холодильник находится на кухне. Плита там же. Если вы голодны, выберите продукты и приготовьте то, что вам нравится.
Свекровь подняла брови.
— Я вообще-то в гостях.
— Уже третью неделю.
Сказано это было спокойно, без раздражения, но Регина Семёновна тут же выпрямилась.
— Хорошее отношение. Я приехала дочь поддержать, а теперь ещё и у плиты должна стоять?
— Не должны. Можно заказать доставку.
— А Антон?
— Антон взрослый человек.
Диана снова посмотрела на экран. Свекровь постояла ещё немного, шумно вздохнула и отправилась на кухню проверять холодильник, словно надеялась обнаружить там ужин, который каким-то чудом появился сам.
Квартира принадлежала Диане. Трёхкомнатная, на четвёртом этаже старого дома в центре города, с высокими потолками и окнами на каштаны. Родители оформили её на дочь ещё до свадьбы, и вопрос о том, кто здесь хозяйка, никогда не возникал — просто потому, что никто его не задавал.
После свадьбы Антон переехал к ней и первые годы чувствовал себя на этой кухне совершенно свободно. Они возвращались с работы примерно в одно время и делили бытовые дела без специальных договорённостей. Кто приходил раньше, тот мог запечь курицу или сварить макароны.
Если первой возвращалась Диана, она делала салат, пока муж мыл посуду. Если задерживались оба, просто заказывали еду и не превращали ужин в экзамен на звание идеального хозяина или хозяйки.
Была ещё одна вещь, о которой Диана никому не рассказывала, потому что звучало это слишком торжественно для самого обычного школьного блокнота.
Мамин тетрадный блокнот в клетку, аккуратно обёрнутый прозрачной плёнкой, лежал в шкафчике над мойкой. Нина Петровна отдала его дочери перед свадьбой со словами: «Держи, здесь всё, что я умею».
Рецепты были записаны хаотично: вареники с вишней рядом с заготовкой помидоров, драники между двумя вариантами борща, а на последних страницах совершенно другим почерком, бабушкиным, — сырники.
Диана готовила по этой тетради не потому, что не могла иначе.
Просто пока на плите стояло блюдо из маминого рецепта, квартира пахла домом.
Всё началось в первых числах августа, когда позвонила Оксана, младшая сестра Антона.
С мужчиной, с которым она прожила почти два года, отношения закончились неожиданно. Квартира была его, поэтому Оксана за один вечер собрала вещи и попросилась пожить у брата.
— Неделю. Ну максимум дней десять, — сказал Антон жене. — Она уже ищет варианты. Просто сейчас ей некуда идти.
Диана не возражала. Особой дружбы с золовкой у неё не было, но и серьёзных конфликтов тоже. В свободной комнате стояли кровать и шкаф, поэтому вопрос решился буквально за несколько минут.
Оксана приехала с двумя чемоданами, большой сумкой и коробкой обуви.
— Огромное вам спасибо, — сказала она, осматривая комнату. — Я правда ненадолго. Мне самой неудобно так к вам сваливаться.
— Живи спокойно. Только с квартирой не затягивай. Сейчас хорошую аренду разбирают за пару дней.
— Конечно. Завтра продолжу искать.
Первые два дня она и правда что-то просматривала в телефоне и даже съездила на один просмотр.
Вернулась недовольная: кухня маленькая, техника старая, а владельцы хотят сразу оплату за три месяца.
Потом просмотров становилось всё меньше, а разговоров о них — всё больше.
На третий день приехала Регина Семёновна.
— Я не могу оставить ребёнка в таком состоянии, — объяснила она сыну, ставя в прихожей огромную клетчатую сумку. — У неё жизнь рухнула. Побуду несколько дней рядом, пока она хоть немного не придёт в себя.
Диана тогда удивилась, потому что Оксана выглядела вполне собранной: ходила на работу, по вечерам смотрела сериалы, переписывалась с подругами и уже пару раз встречалась с ними в кафе.
Но спорить не стала.
Свекровь поселилась в той же свободной комнате. Оксана осталась на кровати, Регина Семёновна заняла раскладное кресло и уже следующим утром заявила, что её спина не выдержит этого даже неделю.
Первые два вечера прошли спокойно.
Диана готовила на всех — всё равно ведь собиралась делать ужин для себя и мужа.
А потом мать и дочь быстро привыкли к новым условиям.